Учебные материалы


Учебник для технических вузов. М.: Гардарики, 2000. 368 с. Isbn 5-8297-0060-3 (в пер.) - страница 23



Карта сайта marafonstart.ru Античность Досократики Объединить многочисленные древнегреческие школы и направле­ния, существовавшие до Сократа, позволяют их единая натурфило­софская направленность, синкретичность сознания, особый инте­рес к происхождению мира и его целостной сущности. Синкретич­ность выражается не только в представлениях о нерасчлененности Космоса, но и в гносеологии: как и в мифологическом мышлении, чувственно-рациональный способ мышления является здесь преоб­ладающим. Но в отличие от мифологии, досократики не ограничиваются при столкновении с грозными и непонятными явлениями введением deus ex machina, т.е. отсылкой к богам. Они ищут иные, доступные познанию причины этих явлений, иные первоосновы мира. Неко­торые из них доходят даже до примитивного атеизма. Одно из делений досократических школ может быть таким: • ионийская (милетская) — Фалес, Анаксимандр, Анаксимен, Гераклит; • пифагорейская — Пифагор и его ученики; • элейская — Парменид, Зенон; • физиологическая — Эмпедокл, Анаксагор, Левкипп, Демокрит; • софисты — Протагор, Продик, Гиппий, Горгий. В этих школах за первооснову мира принимались: у Пифагора — число, у Левкиппа и Демокрита — атомы, у Гераклита — огонь и т.д. Из этих школ резко выделяются софисты — своей ориентацией на человека, на социальные вопросы, на практические действия в обыденных повседневных ситуациях. Они обучали приемам и фор­мам доказательства и в конкретных случаях, и обобщая их как об­разцы политической деятельности и философствования. По их мнению, доказывать и доказать можно все что угодно. Это говорит об относительности истины и многозначности языка. Взгляды софистов сыграли существенную роль и в теории познания, а также в линг­вистике. Ранний эллинизм Киники. Антисфен, Диоген и их последователи, по словам Вл. Соловьева, проповедовали верховенство природы и разума, единую сущность всего существующего и ничтожность всех искусственных и исторически разделенных границ, ратуя за принцип космополи­тизма. Человек по самой своей природе имеет высшее достоинство и назначение, состоящее в свободе от внешних привязанностей, за­блуждений и страстей — в непоколебимой доблести духа. Отсюда — их осуждения правительства, частной собственности, института брака, рабства. Отсюда и презрение ко всяким условнос­тям и приличиям — в манерах, одежде, пище. Их конструктивная программа формировалась «от противного»: мир плох, поэтому надо научиться жить независимо от него; блага жизни непрочны — поэ­тому не следует стремиться к ним. Моральная свобода заключается в освобождении от желаний. Поэтому идеал мудреца — опрощение и смирение. Как известно на примере жизни Диогена, киники делом доказы­вали возможность реального воплощения в жизни своего кредо. Гедонизм (эпикурейцы). Эпикуреизм в обыденном мнении нередко отождествляют с наслаждением любой ценой, не принимая во вни­мание разумность и нравственность. Однако эти представления справедливы лишь в отношении вульгарных эпигонов этой анти­чной философской школы. Действительно, основным принципом эпикурейцев является удовольствие — принцип гедонизма. Счастье и блаженство — высшие цели и ценности жизни (принцип эвдемонизма). Но вопрос состоит в том, в чем заключаются счастье и блаженство и как они достигаются. Счастливой жизнью Эпикур и его последователи считали разумную, нравственную и справедливую жизнь, дающую безмятежность духа и здоровье тела. Средством достижения такой жизни Эпикур считал познание Вселенной, ее законов, а также познание человека и об­щества, в котором он живет. Мировоззрение подлинных эпикурей­цев отличают созерцательность, благочестие и богопочитание. Ни боги, ни общество не могут дать человеку счастье. Оно — в нем самом, в его духовных наслаждениях и независимости от суетного и преходящего. В своей афинской философской школе «Сад Эпикура» ее созда­тель учил не только принципам своей знаменитой этики. У него была целостная система философии, состоящая из физики (онтологии), логики (гносеологии) и этики, куда входило учение о морали и государстве. Идеи Эпикура не умерли вместе с ним. Через несколько веков в Древнем Риме его взгляды по-своему интерпретировал и активно проповедовал римский поэт, философ и просветитель Тит Лукреций Кар. Скептицизм. Острое ощущение непознанности, переходящей в непознаваемость мира, осознание относительности даже самых ус­тойчивых представлений о нем, социальные катаклизмы, познава­тельная традиция — все это привело к формированию такого на­правления античной философии, как скептицизм. На воззрения главного его создателя и представителя Пиррона сильное влияние оказала философия Демокрита. Основной принцип жизни, по Пиррону, безмятежность (атараксия). Философ стремится к счастью, но оно состоит в невозмутимости и отсутствии страданий. Поскольку невозможно познать суть вещей, мы не можем гово­рить ни о прекрасном, ни о безобразном, ни о справедливом, ни о несправедливом. Всякому нашему утверждению о предмете или яв­лении может быть с равным правом и равной силой противопостав­лено противоречащее ему утверждение. Отсюда вывод: воздержи­ваться от каких-либо суждений о чем-либо. Этим достигается ата­раксия, в которой и состоит единственно доступное для философа счастье. Стоицизм. Учение стоиков просуществовало более шести веков. Это свидетельствует о востребованности их взглядов на протяжении всей античности и о значимости этих взглядов. Наиболее известны поздние стоики Древнего Рима (3-й этап стоицизма), но основателем стоицизма считается философ III в. до н.э. Зенон Китионский. Вто­рой этап (конец II — середина I в. до н.э.) представляют древнегре­ческие философы Посидоний и Панеций. По воззрениям стоиков, человек вовсе не рожден для наслажде­ний. Жизнь полна страданий и катастроф, и человек должен всегда быть готовым к ним. Поэтому мудрецу присущи умеренность, муже­ственность, рассудительность и справедливость. Это — основные добродетели перед лицом всемогущей Судьбы. Особое внимание стоики уделяли воле. Из нее исходят все стои­ческие добродетели. Их необходимо соблюдать, поскольку все в мире предопределено, в нем господствует принцип всеобщей целе­сообразности: целесообразно как добро, так и зло. Покорность, вы­носливость и стойкое перенесение жизненных невзгод, как считали стоики, есть высшее проявление свободы: если все предопределено, если ничего в этом мире изменить нельзя, то высшие свобода и достоинство человека могут заключаться только в стойкости и не­противлении злу. Важнейшей чертой учения стоиков, особенно поздних, является признание всех человеческих существ равными по природе. Это объ­ективно означало отрицание сословности и значения социального положения личности и суждение о ней только по личным достоин­ствам. Отсюда их мнение о том, что собственно философское начало коренится в самом человеке. Стоики не только проповедовали эти взгляды, но и пытались осуществить их на деле. Так, в период прав­ления Марка Аврелия было улучшено положение женщин и рабов. Учение стоиков послужило одной из существенных основ ранне­го христианства. Их идеи и сегодня не потеряли своей актуальности. Поздний эллинизм В начале темы мы говорили об относительности классификации философии по школам и направлениям. Наглядным примером тому является поздний эллинизм. Строго говоря, именно к этому периоду следовало бы отнести учение стоиков, ибо наивысшего расцвета оно достигло в Древнем Риме. Уместен здесь и пример эпикуреизма, ко­торый уже в период позднего эллинизма развивал Тит Лукреций Кар. По существу, и учение неоплатоников имеет корни в класси­ческой античности. Эта закономерность будет прослеживаться на протяжении всего последующего изложения. Стоит ли этому удив­ляться? Философия — это грандиозное Целое, которое развивается из своих основ... Неоплатонизм — учение, систематизирующее основные идеи Платона с учетом идей Аристотеля. Личностный пафос неоплатониз­ма — в сохранении внутреннего покоя личности. Это было актуально в эпоху дряхления и распада Римской империи. Философской сердцевиной неоплатонизма является разработка диалектики платоновской триады — Единое — Ум — Душа и доведе­ние ее до космическою масштаба. Главным в философии неоплатоников становится учение о Еди­ном как трансцендентном начале, которое выше всех иных катего­рий, включая Ум и Душу. Единое неразличимо и нераздельно соприсуще всему явленному и всему мыслимому. Фактически оно и есть все сущее, взятое в абсолютной единичности. Соответственно, оно не дробится и существует везде и во всем. При этом «все из него изливается». Вторая часть платоновской триады — Душа — не есть тело, но осуществляется в нем и имеет в нем предел своего существования. Ни одна индивидуальная душа не может существовать самостоятель­но от всех других душ, но все «индивидуальные» души объемлются Мировой душой. Душа не обретает Свое бытие в некотором теле, она существует еще до того, как начинает принадлежать ему. Ум — третья составляющая триады — тоже не есть тело, но без ума не существовало бы никакое организованное тело. Материя также находится в самом уме: кроме чувственной материи сущест­вует еще и материя умопостигаемая. Действие Мировой души распространяется неоплатониками на весь Космос. Они разделяли орфико-пифагорейское учение о пере­селении и перевоплощении душ. Идеи неоплатонизма оказали из­вестное влияние на раннее христианство. Средневековье Патристика. Средневековье принципиально переменило ситуацию в философии. Этому способствовали два глобальных изменения в жизни Европы — фактическая утрата античной культуры, ее разру­шение и практически безраздельное властвование в духовной жизни новой мировой религии — христианства. Господство церкви диктовало приоритет теологии над любыми другими видами зна­ния. В этих условиях философия становится служанкой богосло­вия. Соответственно, решаемые ею проблемы призваны были слу­жить обоснованию бытия Бога и апологетике божественных истин Священного Писания. Крупнейшими философами своего времени были Отцы церкви (от лат. pater — отец произошло название этого богословско-философского направления). Они решали проблемы бытия Бога, обоснования Его триединой сущности, отношения веры и разума, Божественной предопределенности бренной человечес­кой жизни, возможности загробного спасения души, проблемы су­ществования зла в мире и подобные им. В патристике прослежива­ется влияние учения Платона, пришедшего в это направление через раннее христианство. Ближневосточная философия. Если в Европе в X—XI вв. наблюдались серьезные перемены в духовной жизни и отрицание антич­ного наследия, то на Востоке, прежде всего в арабских странах, в этот период происходит значительный подъем, своего рода Предвозрождение. Впрочем, это название не вполне точно, так как здесь скорее надо говорить о преемственности идей античности. В этот период на Ближнем Востоке, в частности в Средней Азии, наблюдается значительный подъем во всех сферах жизни. Особенно заметен он в искусстве, науке, философии. Последняя испытала оп­ределяющее влияние идей Аристотеля, проникших в этот период в регион. В соответствии с этими идеями ведущие восточные фило­софы-энциклопедисты развивают культ Разума и познания. Их ин­тересуют проблемы Бога, творения, мировой души, бессмертия, воз­можностей и границ познания. Схоластика. С IX—X вв. ведущее положение в богословском философствовании Европы занимает схоластика. Схоластика, с одной стороны, как бы приняла эстафету от патристики: проблематика, находящаяся в центре ее внимания, фактически не изменилась. С другой стороны, в 1054 г. произошло событие, которое не могло не внести изменений в философию, остававшуюся «служанкой бо­гословия», — христианская церковь разделилась на католическую и православную ветви. Прежде всего это, естественно, сказалось на богословской проблематике. Однако различия не ограничились только сугубо теологическими спорами. На передний план для схоластов выходят отношения разума и веры, религии и науки. По проблеме троич­ности Бога развернулись ожесточенные споры между номиналиста­ми и реалистами (об этих направлениях мы расскажем ниже). Схо­ластика допускала анализ христианского вероучения с позиций не только теологии, но и философии. Философия у схоластов, если можно так выразиться, «повысила свой статус», стала рядом с тео­логией, хотя и должна была решать прежде всего богословские про­блемы. В связи с этим была «реабилитирована» и античная фило­софия, ряд положений которой активно переосмысливаются веду­щими схоластами в духе аристотелизма с его «реализмом» и четкой логикой. Схоласты, однако, зачастую злоупотребляли формой представле­ния своих взглядов в ущерб содержанию. Псевдонаучность изложе­ния порой становилась самоцелью. Философствование в этой си­туации становилось пустой игрой терминов, что слишком хорошо напоминает некоторых наших современных философов, которые таким способом пытаются замаскировать отсутствие стоящих вни­мания научных идей. Реализм. В рамках схоластики развернулся важный для этого направления спор, который в конечном счете сводился к вопросу о существовании Бога и об объяснении его троичности. Доказательство бытия Бога Ансельмом Кентерберийским сводилось к тому, что Высшее существо может существовать только реально; если оно — лишь мыслимо, то оно не может быть высшим. Раз Бог как высшее существо реален, то реальны и общие понятия — универсалии. Эти выводы основывались на положении Аристотеля о существовании общего в неразрывной связи с единичным, являясь его формой. Ре­альное существование общего, универсалий говорило о реальности бытия Бога. Отсюда — поддержка этого направления официальной церковью. Поскольку доказывалась реальность универсалий, сторон­ники этого доказательства получили название реалистов. Номинализм. Номиналисты довели идею отрицания объективно­го существования общего до логического конца. Они считали, что общее присутствует только в человеческом разуме, в мышлении. Они отрицали существование общего как в самой вещи, так и до вещи, считали универсалии лишь именами вещей, «звуками голоса» — «номена» (отсюда название направления). По мнению номиналистов, существует только индивидуальное и лишь оно может быть предме­том познания. Крайности реализма и номинализма попытался примирить П. Абеляр, который в целом стоял на номиналистических позициях. Для этого он выработал объединяющую, примирительную формулу концептуализма. Согласно этой теории универсалии не обладают самостоятельной реальностью, реально существуют лишь отдельные вещи; универсалии же обретают известную реальность в сфере ума в качестве понятий, представляющих собой результат абстрагиро­вания и обобщения отдельных свойств вещей. Не правда ли, вполне современная позиция? Мистика. Это умонастроение представлено в основном средневековым немецким мистиком Мейстером Экхартом (Иоганн Экхарт). Абсолютом он считал безосновное божественное ничто («без­дну») как основу Бога и вообще всего бытия. Исходя из полной растворенности человека в ничто он проповедовал всеобщую любовь как основу жизни, считал, что человек независим и способен найти Бога помимо церкви. Для этого необходимы уединение и отрешен­ность от мира. Учение Мейстера Экхарта по существу приближается к пантеизму. Эпоха Возрождения (Ренессанс) Эпоха Возрождения — новое явление не только европейской, но и мировой философии. Прежде всего это новая система ценностей, где на первом месте стоят человек и природа, а религия отходит на второй план, хотя и не отрицается. Новые ориентиры требовали освобождения разума от догматических принципов схоластики и по­ворота от сугубо логической проблематики к естественно-научному познанию мира и человека. Мыслители Ренессанса не считают нуж­ным погружаться в схоластические тонкости и смысловые оттенки абстрактных понятий и категорий. Они не спорят об определениях, а желают познавать сами реальные явления природы, общества и особенно человека. Рождается гуманизм — человеколюбие, прославление человека, его культ. Человек рассматривается как средоточие мира, венец и творец земного бытия. На передний план выдвигаются человечес­кие возможности, прежде всего возможности познания, его досто­инство, сила, гармония, в том числе телесная. Человек заслуживает наслаждения жизнью — ведущий принцип эпохи. Эта эпоха первона­чального становления капитализма рождает титанов мысли, чувства, знания и дела. Выдающиеся представители этого времени — цель­ные, универсальные, масштабные натуры. Эпоха Возрождения провозгласила новое рождение идей анти­чной философии, прежде всего ее обращенности к человеку. Это не означало, что религия отрицалась полностью, она просто отошла на второй план. Некоторые представители эпохи Возрождения, кри­тикуя официальную церковь за ее пристрастие к мирским благам, греховность существования, призывали к возрождению чистого пер­воначального христианства. Однако человек — существо несовершенное, что признавали и сами гуманисты. В средние века перед ним стоял идеал совершен­ства — Бог, благодаря чему можно было стремиться к идеалу бого­человека. Ренессанс удалил Бога с пьедестала, поставив на него че­ловека. Тем самым были заложены основы культа человекобога и по­ложено начало обезбоживанию мира. Философия этого периода является новым этапом в развитии ми­ровой философии. Она опиралась в основном на античность, но и вобрала все лучшее, что дало средневековье. Не только философия, но и вся культура Возрождения подготовили интенсивное развитие философских достижений Нового времени. Философия Нового времени Период Нового времени часто называют эпохой научной револю­ции. Он знаменуется значительными открытиями в различных областях естественных наук, главенствующее место при этом занимает механика. Философия Нового времени обязана своими достижения­ми отчасти углубленному изучению природы, отчасти все более усиливающемуся соединению математики с естествознанием. Отвечая на потребности научного познания, философия этого периода по­ставила в центр осмысления проблему метода познания, исходя из того, что знаний бесконечно много, а метод их достижения должен быть единым, применимым к любым наукам, в том числе и к философии. Представления о таком универсальном методе и разделило филосо­фов Нового времени на ряд различных направлений. Рационализм. Рационалисты фактически предлагали дедуктивный метод познания (от общего к частному). Для этого им приходилось признать существование врожденных идей. Из этих идей можно вывести любое знание, вплоть до знания о существовании Бога. Идеи существуют до ощущений и независимо от них. Понятно, что сведения о природе мы получаем из ощущений. Мышление исполь­зует опыт и эксперимент, но оно прилагается к их результатам и служит единственным критерием истины. Образцом 'для методов всех наук и философии служат математические методы, данные вне опыта и исходящие из априорных аксиом, на основании которых делаются математические выводы. Эмпирики (сенсуалисты). Основной метод, предлагаемый сенсуалистами, индукция. Единственным источником знания они считали опыт, данный нам в ощущениях, восприятиях, представлениях. Ап­риорные врожденные знания полностью отрицаются. Душа чело­века — tabula rasa (чистая доска), на которую природа наносит свои письмена. Эмпирики признавали возможную обманчивость ощуще­ний, но считали, что для их верификации следует использовать экс­перимент. На основе верифицированных знаний, добытых из опыта, мы можем строить теории. Свой метод они, как и реалисты, считали универсальным для всех наук. Субъективный идеализм. Вряд ли кто будет оспаривать тезис, что в нашем уме существуют различные виды понятий — об отдельных предметах, их признаках, их объединениях, свойствах. Однако име­ются понятия, которым не соответствуют никакие ощущения и вос­приятия нашего ума. Субъективные идеалисты считают, что за та­кими понятиями нет никакой реальности, т.е. они суть фикции. Исходя из основного постулата субъективного идеализма, выдвинутого его главным представителем Дж. Беркли, «существовать — значит быть воспринимаемым», какая-либо объективная реаль­ность, выражаемая этими понятиями-фикциями, не существует. Но к таким понятиям, которые субъективные идеалисты считали фикциями, относятся основные категории философии — материя, субстанция и т.п. Поскольку они лежат в основе всех наук, являются их категориями, на которых строится все здание познания, субъек­тивные идеалисты считали науку в принципе невозможной, так как она изначально строится на ложных основаниях. Кроме того, мы воспринимаем не сами вещи, а лишь их свойства, а потому в принципе не можем «ухватить» самой сути любой вещи. Человеческие же ощущения — это лишь феномены психики. Это оз­начает, что мы познаем не объективные вещи и явления, а их субъективные образы, возникающие в нашем восприятии. Другими словами, в позна­нии мы имеем дело лишь с совокупностью наших ощущений. Зерно истины в этих рассуждениях заключается в том, что восприятия че­ловека действительно относительны и зависят от его субъективного состояния. Агностицизм. Основы позиции агностиков в противоречии: зна­ние может быть только логическим, а предметы исследования могут быть взяты только из опыта, который не поддается логическому ана­лизу. Опыт есть поток впечатлений, причины которых непостижи­мы. Причинно-следственные связи формируются имманентно в нашем уме и не соответствуют реальным, по крайней мере о степени соответствия мы ничего не можем знать. Поэтому даже на вопрос «существует ли внешний мир?» Юм отвечал: «Не знаю». Отрицая объективную причинность, агностики признавали при­чинность субъективную в виде порождения идеи чувственными впечатлениями. Источником знаний для них может служить только вера (типа уверенности в восходе солнца). Наука и философия возможны лишь как опытные исследования, не претендующие на выведение теоретических законов. Скептицизм и позитивизм агностиков сказались на мировоззре­нии И. Канта, который зачитывался произведениями Д. Юма. Эпоха Просвещения Эпоха Просвещения — еще одно мировое явление, еще один взлет человечества. Ей, так же как и Ренессансу, соответствует становле­ние капиталистических отношений в ряде стран, в которых она и достигает своих вершин. Бесспорно, ее можно рассматривать как преемницу эпохи Возрождения на новом историческом этапе. Об этом свидетельствуют и важнейшие ее характеристики: • культ разума; • культ науки; • культ человека; • идея прогресса, впервые осмысленная в эту эпоху; • идея всеобщего равенства, прежде всего юридического; • идея просвещения народных масс и надежда на просвещенных правителей; • борьба с религией и метафизическими учениями, обосновыва­ющими бытие Бога; • проблемы наилучшего общественного устройства; • исторический оптимизм, вера в прогресс человечества; • подход к историзму как типу мышления. Не все идеи просветителей оказались продуктивными. Некото­рые из них были явно идеалистическими (например, идеи равенства или просвещенных правителей). Между просветителями, как это бы­вало во все эпохи, также шла ожесточенная идейная борьба. Тем не менее философия Просвещения задала направление движения всему человечеству вплоть до конца тысячелетия. Сегодня вокруг этих идей идет серьезная полемика. В частности, беспокойство вызывают чрезмерная рационализация, противопо­ставление человека природе, выделение его из Целостности, Кос­моса, его человекобожеские претензии. «Виновата» ли в этом эпоха, отстоящая от нашего времени более чем на два столетия? Думается, что это вопрос чисто риторический. Любую самую хорошую идею можно довести до абсурда. Идеи, как и люди, — дети своего времени. Люди осмысливают их, отбрасывают бесперспективные, развивают полезные. Свершают великое и оши­баются, достигают вершин и падают и бездну. И только от них, вер­нее от нас зависит, какие идеи и в каком виде мы берем с собой в будущее. Романтизм Романтизм обычно принято было считать явлением искусства, и не удивительно: основные его представители, как правило, занимались художественным творчеством. Однако сегодня пора пересмотреть эту ограниченную и поверхностную точку зрения. Пришло время рассматривать романтизм не только как особый вид художествен­ного творчества, но и как особый тип философствования, важнейший этап развития европейской культуры. Ошибка предшествующих «це­нителей» романтизма заключалась в том, что они форму (искусство) принимали за содержание, выступавшее в этой форме. Содержанием же мыслительной деятельности романтиков было опровержение культа разума, типичного для Просвещения, и поиск своих способов познания мира, которые они и находили в искусстве, выдвигая положение о его преобразующей роли в жизни. Тем самым они ут­верждали господство в мире духовного начала, подчиненность ма­терии духу. Это и был ответ-опровержение на абсолютизацию разума просветителями. Путь же к жизненной гармонии они видели в ду­ховном развитии индивидуума, наделенного неограниченными и уникальными творческими возможностями, которые, но мнению большинства романтиков, наиболее адекватно могли проявиться только в искусстве. Романтизм был необходимым и закономерным этапом в развитии философии. Так, он сыграл огромную роль в становлении немецкой классической философии. Помимо прямых представителей романтиз­ма — Ф. Шлегеля, Ф. Шлейермахера, Л. Тика, дань ему в разной сте­пени и на разных этапах своего развития отдали великие немецкие просветители Шиллер и Гете, не менее великий швейцарец Руссо, гиганты немецкой классической философии Кант и Фихте. Немецкая классическая философия Источниками немецкой классической философии, которые она синтезировала и превзошла, сделав этот синтез базой для своих миропостроений, стали философия Нового времени, философия Просвещения и романтизм. Немецкая классическая философия измени­ла акценты с противопоставления человека природе, разумного не­разумному на разделение универсальной категории бытия на подлинное и неподлинное. В этой категории она синтезировала рационализм и эм­пиризм Нового времени, разумное и неразумное эпохи Просвеще­ния, интуитивизм и рассудочность романтизма под единой эгидой разума. Реальность — это воплощенный разум. Но помимо реальнос­ти есть еще невоплощенные в ней, неадекватные формы разума. Здесь и проходит граница между подлинным и неподлинным бытием. Опираясь на разум как воплощение разумного бытия, классики строили свои самодостаточные непротиворечивые системы. Важной новой чертой немецкой классической философии ока­залось выведение на базе единства Бытия принципов его развития. Имеется в виду не именно и не только диалектика Гегеля, но прежде всего само развитие. Будучи обращенным на общество, на природу и на человека, оно воплотило в себе впервые осознанный синтетический принцип историзма, который объединил всю историю человечества в единый процесс, заложив основы новой теории и методологии познания. Еще одной типичной чертой немецкой философской классики является осознание факта, что человек живет не только в мире при­роды, но и в мире культуры. Отсюда пристальное внимание к чело­веку, обществу и истории. Главный предмет познания — человек, ибо, познавая любое явление действительности, он в конечном счете делает это ради себя, как своей конечной цели. Исходя из этого в центре внимания философствования оказывается человечес­кий мир, который далеко не ограничивается миром природным. Выделяя эти три, на наш взгляд основных, достижения немецкой классической философии, мы еще раз обращаем внимание читателя на трудности синтеза этого явления мировой философии и на то, что философская система каждого из немецких классиков далеко не ограничивается этими тремя аспектами. Поэтому каждая из этих систем заслуживает отдельного тщательного изучения и собствен­ной оценки. Постклассическая философия XIX века Многие философы объединяют этот этап философии с современ­ным. Действительно, целый ряд философских школ и направлений, заложенных в XIX в., продолжали развиваться и в XX в. Некоторые направления были предвосхищены в постклассической философии и получили развитие лишь в наши дни. Так, большинство специалистов считают предшественником экзистенциализма С. Кьеркегора, однако экзистенциализм как крупное направление философской мысли сформировался лишь в 50-е гг. XX столетия. Мы, однако, считаем возможным разделить эти две философские эпохи отчасти потому, что каждая из них имела и свои собственные философские школы, отчасти потому, что направления, перешед­шие в XX в., порой трансформировались до неузнаваемости их со­временными адептами. Тем не менее отмеченную преемственность надо постоянно иметь в виду, изучая философские направления двух последних веков. Более того, ее надо искать, что создаст полноту представлений об изучаемой философской школе. Впрочем, преем­ственность — общий закон истории, в том числе и истории фило­софии, и ее учет полезен в процессе любого познания. Материализм. Если бы не было марксизма, материализм трудно было бы даже назвать философским направлением. Скорее это способ осмысления мира. Хронологически этот способ прослеживается от античности до современности и наблюдается практически во все философские эпохи. Его основные постулаты: • Мир материален; • Мир объективен и не зависит от сознания; • Материя первична, вечна, несотворенна; • Сознание — свойство материи; • Мир познаваем. Что же касается марксизма, то новации, внесенные им в материализм, заключаются в применении материализованной гегелевской диалектики, в тезисах о сознании как свойстве высокоорганизованной материи — мозга и о практике как критерии истины, в материа­листической теории отражения (субъективная диалектика — это отражение — верное или неверное — в головах людей свойств объективного мира) и создании на этой основе материалистической тео­рии познания и материалистического понимания истории. Главное «достижение» марксизма — в рассмотрении материалистической диалектики как критической и революционной, нацеленной не на ос­мысление мира, а на его преобразование, причем революционным путем. Слабости марксизма достаточно известны и доказаны, особенно практикой его воплощения в нашей стране. Тезис «практика — кри­терий истины» сработал против тех, кто его выдвинул. Эти слабос­ти — в преувеличении роли экономики и политики и недооценке духовности, настрое на революционное изменение (при очевидной закономерности эволюционного развития мира), игнорировании человека как личности и индивидуальности. Антропологизм. В XIX в. единственным крупным представителем антропологии является Л. Фейербах, которого практически всегда относят к немецким классикам. Конечно, его идеи вышли из ге­гельянства и во многом используют его, чаще всего отталкиваясь от взглядов Гегеля. Тем не менее философия Фейербаха столь свое­образна, настолько противоположна гегелевской, что отнести ее к немецкой классической философии можно лишь с большой на­тяжкой. Начать с того, что Фейербах, в отличие от всех немецких клас­сиков, материалист, хотя сам и не считал себя таковым. В центре его философствования — человек, как продукт природы. Психика че­ловека зависит от его телесной организации, не сводимой, однако, к физиологии. Главное в человеке — чувство любви в философском понимании этого слова. В основе этого возвышенного чувства вза­имной любви лежит религия. Фейербах, как и все его далекие после­дователи, именно в человеке искал основы переустройства мира на разумных и нравственных началах, началах любви и справедливос­ти. Философия будущего в его представлениях сольется с религией и станет антропологией — всесторонним учением о человеке. Это будет знаменовать новую эпоху в развитии человечества, когда от­ношения любви претворятся в повседневную жизнь. Принцип поиска начал переустройства мира в человеке был под­хвачен через столетие достаточно влиятельным современным на­правлением — философской антропологией. Что именно в человеке по­служит основой такого переустройства, философские антропологи считают по-разному. Однако принцип поиска основ мира в человеке у них един, и этим они обязаны оригинальному философу XIX в. опередившему свое время, Л. Фейербаху. Иррационализм. Под иррационализмом имеется в виду философ­ское учение, согласно которому решающим фактором в познании, в поведении людей, в мировоззрении, в ходе исторического про­цесса и общественного развития играют не силы разума, не рацио­нальное начало, а иррациональное (от лат. irrationalis — неразумный, бессознательный). На передний план выдвигаются внемыслительные аспекты духовной жизни — воля, непосредственное созерцание, чувство, интуиция, бессознательное, мистическое озарение, вооб­ражение, инстинкт и т.п. Принципом иррационализма пользовались многие философские направления, в частности, философия жизни, экзистенциализм и др. Но иррационализм существовал как особое философское учение XIX в. Основным его представителем был А. Шопенгауэр. Позитивизм. Это философское направление утверждает источни­ком подлинного (положительного), «позитивного» знания отдель­ные конкретные (эмпирические) науки и их синтетические объеди­нения. Философия, по мнению позитивистов, не может претендо­вать на самостоятельное исследование реальности. Основной представитель позитивизма XIX в. О. Конт вывел исторический закон познания, который признавали все его последова­тели. Согласно этому закону каждая отрасль наших познаний про­ходит последовательно через три различных теоретических состо­яния: • теологическое, или состояние вымысла; • метафизическое, или абстрактное; • научное, или положительное. Отсюда три рода философствования, которое позитивисты со­гласно своему основному принципу не считают подлинной наукой. Явления внешнего мира допустимо изучать только одной науке — естествознанию. В условиях научных достижений XIX в. позитивизм отражал стремление усилить опору на них вплоть до отождествления с ними философии и растворения ее в «позитивных» науках. Отсюда под­мена собственно философского предмета и метода исследования конкретно-научным. Отсюда же — отрицание всего предшествующе­го развития философии и сведение ее к конкретным наукам, что существенно ограничивает познавательные возможности позити­вистов. Философия жизни. Это философское направление конца XIX — начала XX вв., основным понятием и предметом философствования в котором является понятие «жизнь» как, во-первых, органическая целостность и во-вторых — творческая динамика бытия. Основ­ные представители этого направления по-разному истолковыва­ют это основополагающее понятие: как противоположное рас­судочному (Ф. Ницше, Л. Фробениус и др.), как космический «жиз­ненный порыв» (А. Бергсон), как исторический процесс, реализуе­мый в неповторимых, уникальных культурах (В. Дильтей, Г. Зиммель, О. Шпенглер). У последнего культура противопоставляется цивилизации. Основные способы познания — иррационализм и ин­туиция. Жизнь целостна и находится в непрерывном становлении. По­скольку она целостна, ее нельзя познать рациональными, а потому односторонними методами науки. Поскольку она развивается, в нее не входит все застывшее, остановившееся в развитии (например, у Шпенглера это цивилизация как застывшая форма культуры). По­скольку жизнь — это спонтанный поток становления живого, она не имеет целесообразности, а соответственно в истории как части целостной жизни нет объективных законов. История, как и человек, имеет только свою судьбу. Что же делает человек в этом неуправляемом, спонтанном потоке жизни? Он ее переживает, инстинктивно чувствует. Но он не пасси­вен. Его постоянное стремление — вырваться за рамки своего бытия, особенно социального, возвыситься над собственной судьбой. От­сюда трагичность его существования, ибо судьбу победить нельзя. Однако человек должен быть горд, аристократичен, силен волей, благороден. Такой человек стремится к целостной жизни, не боится смерти, желает быть сильнее других, постоянно ищет целостность своего существования, максимально приближает его к целостности жизни. Философия жизни, зародившись в XIX в., имела своих крупных последователей (А. Бергсон, X. Ортега-и-Гассет) и в XX в. Поэтому, рассматривая философские направления XX в., нельзя упускать из виду философию жизни. Прагматизм. Это философское направление возникло в 70-е гг. XIX в. в США, его основными представителями были Ч. Пирс, У. Джемс, Дж. Дьюи. По мнению Пирса, название направления про­исходит от «прагматической веры» Канта, когда человек действует, не обладая полным знанием и основываясь на вере, которую Кант и назвал «прагматической». В основе прагматизма, так же как и во многих других учениях этого времени, лежат интересы человека. Поскольку истины класси­ческой науки далеко не всегда эффективны, а теоретическое знание необходимо, хотя бы в конечном счете, для удовлетворения потреб­ностей человека, прагматики считают что «истина — то, что полез­но». С этой позиции ранжируются и научные идеи, которые делятся на истинные — те, которые полезны, и ложные — те, которые при­носят вред. Наука — «служанка» человека, нужная ему для достиже­ния своих интересов и целей. В терминологическом аппарате прагматиков есть понятия «вера» и «воля». Вера в данном случае противопоставляется сомнению, т.е. не является только религиозной, и считается критерием истины (Пирс). В этом смысле наука трактуется как коллективная вера. Воля необходима для руководства знанием, постановки нужных целей и обеспечения их достижения. Прагматизм — дитя своего времени и даже своей культуры. Но его не следует путать с более субъективным и циничным практициз­мом, с философией «американской мечты» и т.п. Прагматизм ори­ентирован на благо для человека, он учит эффективно преодолевать трудности, он возвращает знание в процесс жизни. Прагматизм оптимистичен, воля, провозглашаемая им, носит созидательный характер. Философия XX века Философия XX в. — это множество самых различных направлений философствования, многие из которых пришли из прошлого столетия и продолжают жить и развиваться в соответствии с современными реалиями. Эти новые явления нашего времени, естественно, порождают и совершенно новые, оригинальные направления фи­лософской мысли. Среди всего этого многообразия есть очень влия­тельные, мировые школы, есть узкие, частые направления, но все вместе они продолжают мировую историю философии, основываю­щуюся на традициях, обогащающуюся новациями и никогда не ос­танавливающуюся в своем развитии. Вместе с тем, эти философские школы и направления отражают ряд общих тенденций развития человечества, характерных для на­шего времени: • все более пристальное внимание к человеку как главному пред­мету философии; • беспокойство за судьбы человечества, сомнение в правильности выбранного им пути развития, поиски и предложения новых стратегических ориентиров; • глобальные проблемы человечества; • анализ человечества как единого целого в параллелях с приро­дой, Космосом, Богом, борьба интеграционных и националистичес­ки-региональных тенденций развития цивилизации; • углубление формалистических исканий; • вечный поиск смысла и основ жизни, выдвижение культурно-духовных оснований как приоритетных для дальнейшего развития человечества и многие другие проблемы. Задачу данного раздела мы видим в максимально полном представлении философских исканий прошедшего века, в своеобразном подведении его итогов в области философии. Неокантианство. Основной пафос рассуждений современных неокантианцев (Э. Кассирер, Г. Коген, В. Виндельбанд) является несовместимость общих понятий с конкретным человеческим существованием, которое всегда уникально и не поддается обобщению. В то же время неокантианцы признают вневременные высшие ценнос­ти — истину, добро, красоту и др., — которые характерны для человека и выделяют его из природы. Неокантианцы противопоставляют объективное и ценностное знание. Дуализм природы и культуры не позволяет найти общий для них метод познания. В этом контексте они предлагают различать, разделять единичное и всеобщее, конечность и бесконечность, существование и сущность. Философия культуры ценностна, потому она невозможна без изучения человека, без антропологии. Предметом анализа неокантианцев и являются универсальные формы деятельности человека — мифология, религия, язык, наука, искусство. Этому универсализму деятельности человека противоречат биологизаторские кон­цепции типа дарвиновской, которую активно критикуют неокан­тианцы. Герменевтика. Само название этого философского направления означает понимание текста, искусство его интерпретации. Но фи­лософские герменевтики (Ф. Шлейермахер, В. Дильтей, Г. Гадамер и др.) значительно расширяют это понятие за счет расширительного толкования обеих частей его определения. Текст для них — это любая культурная, жизненная информация, а его понимание — это способ существования познающего эту информацию. Понимание — вообще основная категория герменевтики, метод философии. Оно может осуществляться только через диалог, опять же трактуемый расширительно, как общение с текстом. В диалоге всегда участвуют сам текст, его интерпретатор и Время. Интерпре­татор трактует текст через исторический контекст, в котором он находится; этот контекст герменевтики называют «предпониманием». Иными словами, он понимает текст по-своему, исходя как из личного, так и из «средового» опыта. Понимание — средство достижения согласия и преемственности. Мы «понимаем» в тексте и традиции прошлого, и бытие этого про­шлого в настоящем, и опыт для преобразования настоящего в буду­щее, для развития. Диалог такого рода есть способ существования и развития науки, прежде всего философии, которая опирается на рациональные методы познания и учитывает исторический кон­текст. Большое значение в герменевтике придается языку, через ко­торый передается и понимается жизненный опыт. Философская антропология. Изучением человека философия занималась с древних времен. В этом смысле родоначальником философской антропологии можно считать Сократа. На протяжении всей истории философии проблема Человека поднималась посто­янно. Более того, особенно в последние столетия наблюдается тен­денция усиления интереса к человеческой проблематике. Выразителем этого интереса в наши дни является направление философской антропологии, основными представителями которо­го можно назвать М. Шелера, А. Гелена, М. Плесснера, Э. Ротхаккера и др. Естественно, что в центре внимания их философство­вания находится человек, а основную задачу они видят в создании целостной, интегральной концепции человека. Философские антропологи рассматривают человека прежде всего как душевно-духовное существо, отводя разумным началам в нем второстепенное место. Поскольку духовные качества индиви­дуальны и имманентны личности, общество, как унифицирующая сила, противостоит человеку. Межличностное общение — это преж­де всего общение Я и Ты на основах сопереживания, общности языка и поиска психических совпадений и аналогий. Философы этого направления в своих исследованиях идут не от общества к человеку, а наоборот: на их взгляд, все философские, общественные и другие проблемы решаются через изучение чело­века. В то же время они практически отказываются рассматривать сущность человека — он выступает в их концепциях постоянно раз­вивающимся, еще не завершенным, не поддающимся однозначным определениям. Аналитическая философия. Это философское направление, по существу, предлагает изменить предмет философии. Аналитическая философия — это философия языка и значений понятий. Аналитики ис­ходят из того, что живой язык многозначен и контекстуален. Преж­ние философские проблемы, которые они называют псевдопробле­мами, возникли из-за неадекватного понимания одних и тех же тер­минов науки, их значений. Отсюда — двоякая задача философии: очистка прежней науки от псевдопроблем с помощью метода верификации, т.е. проверки истин­ности на основе либо опыта, либо логического доказательства на базе опыта и создание непротиворечивого однозначного логичес­кого метаязыка науки, что способствовало бы синтезу наук. Аналитическая философия состоит из множества школ и различ­ных концепций. У истоков ее стоят Дж. Мур и Б. Рассел; последний заложил основы математической логики. Но подлинным вдохнови­телем этой школы стал Л. Витгенштейн, который, рассматривая язык как социальное явление, разработал основную проблематику аналитической философии. Проблемой усовершенствования языка логических символов занимались члены Венского кружка Р. Карнап, О. Нейрат, М. Шлик. Фрейдизм и неофрейдизм. Фрейдизм как философское направление вырос из психоанализа — метода исследования, предложенного 3. Фрейдом дня лечения истерии. Однако этот метод вышел далеко за рамки медицинского статуса. Прежде всего он повлиял на психо­логию, которая отныне не могла не учитывать в своих исследова­ниях феномен бессознательного. В свою очередь, философские кон­цепции, ставящие в центр анализа человека, не могли не учитывать его психику и влияние бессознательного на все стороны его жизне­деятельности. Так возникло новое философское направление — фрейдизм. Основным его понятием является бессознательное. Бессознатель­ное — это вытесненное из сознания, неосознаваемое, которое со­храняется в подсознании, а исподволь, неосознанно воздействует на психику и поступки человека. Бессознательное выражается в различных комплексах подсознания. По Фрейду, это прежде всего либидо — комплекс сексуального влечения. Черты психосексуального развития, заложенные в человека еще в детстве, он проносит через всю жизнь. Идеи бессознательного и психоанализа легли в основу различных направлений неофрейдизма. Основатели неофрейдизма К. Корни, А .Кардинер, Г. Салливан, Э. Фромм начинали как ортодоксальные фрейдисты. Но постепенно они все более включают в свои анали­тические построения социальную компоненту. Сопиологизация пси­хоанализа позволила им перенести фрейдистские идеи на общество и отвергнуть ряд ограниченных положений теории Фрейда. Одним из основных направлений, вышедших из фрейдизма, стала аналитическая психология, крупнейшим представителем кото­рой был К.Г Юнг. Фрейд признавал, что Юнг внес много нового и полезного в психоанализ. Юнг считая преувеличенным влияние сек­суального влечения на человеческое поведение согласно концепции Фрейда. Он не только отвергал резкое противопоставление созна­тельного и бессознательного, но считал бессознательное полезным и созидательным. Юнга также интересовал социальный аспект психоанализа. Считая возможным применить его к обществу, Юнг активно ис­пользовал для таких исследований мифологию и антропологию. Он ввел в научный анализ понятие коллективного бессознательного, основанного на архетипах — бессознательных общих представлениях, влияющих на социальное поведение больших масс людей. Введение понятия архетипа расширило возможности историчес­кого психоанализа. Психоаналитические идеи легли в основу целого ряда современ­ных философских направлений. Среди них можно назвать «Психологическую философскую антропологию» (Л. Бинсвангер), «Экзис­тенциальный психоанализ» (Ж.П. Сартр, Э. Фромм), «Психоанали­тическую герменевтику» (А. Лоренц, Ю. Хабермас), «Структурный психоанализ» (К. Леви-Строс, Ж. Лакан) и др. Психоанализ в совре­менных его вариантах оказывает возрастающее влияние на все сферы жизни, прежде всего на искусство и науку. Феноменология — учение о феноменах, т.е. возникающих в сознании смыслах предметов и событий. Феноменология противопоставляет себя эмпиризму в любом виде, выявляя чистые сущности и логические принципы в противовес ему с помощью многоступенчатого метода феноменологической редукции. Редукция буквально — это сведение высшего, сложного к низшему, простому. Простое в данном случае — синоним предельно обобщенного, очищенного от случайного много­образия. С помощью такого метода мы как бы возвращаемся к самим вещам в виде сферы сознания, свободной от отношения к реальнос­ти, но сохраняющей все богатство содержания. По существу, феноменология — это методология и гносеология. Ее цель — построить науку о науке. Решающая проблема теории позна­ния — проблема объективности истины. Истины наук носят отно­сительно-прикладной, прагматический характер, философия не должна иметь таких атрибутов, ее задача — выявлять чистые сущ­ности. Она представляет собой строгую науку о феноменах созна­ния. В ходе редукции остается последнее неразложимое единство со­знания — интенциональность, т.е. направленность сознания на пред­мет. Интенциональность — обобщенно-чистая структура сознания, свободная от индивидуально-психологических, социальных и иных прикладных факторов. Правда, она выступает лишь как значение, не обладающее собственным, самодостаточным статусом существо­вания. Феноменология как методика и гносеология не только является самостоятельным направлением философствования, но интенсивно применяется в других философских школах и концепциях. В част­ности, она стала одним из источников таких влиятельных философ­ских направлений XX в., как экзистенциализм и герменевтика. Экзистенциализм. Название направления происходит от латин­ского existentia — существование. Это одно из самых распространен­ных современных философских учений. Экзистенциализм исходит из единичности человеческого существования, которое характери­зуется комплексом отрицательных эмоций — озабоченностью, стра­хом, сознанием конечности бытия. Как и в персонализме, различают два направления экзистенциализма — атеистическое и религиозное. Единственная подлинная действительность для экзистенциалистов — это бытие человеческой личности. Исходя из своего существования, человек может так или иначе определять себя. Он вынужден это, делать, ибо ничто другое не определяет его жизнь. Вся его жизнь зависит от его индивидуальной цели, от его выбора. Одна из основных категорий экзистенциализма — свобода человека. Но свобода эта вынужденная, это бремя, на которое осужден чело­век, ибо его окружает чуждый, бессмысленный мир. Осознание своей свободы и принятие на себя этого «креста» определяют до­стоинство, ответственность и истинность существования человека. Он живет рядом с другими людьми, в социуме, он общается с окружающими, либо подчиняясь, либо подчиняя — но он одинок в своих чувствах. Человек может принять позицию другого или ори­ентироваться на общественные ценности и всеобщие цели. Но в этом случае он теряет свободу, свою экзистенцию, самого себя как личность, снимает с себя ответственность — основной атрибут сво­боды-экзистенции. Проблемы гносеологии в экзистенциализме сопряжены с его онто­логией. Человек рождается в социуме и ограничен его законами и повседневностью существования. Но он чувствует неполноту самовыражения, реализации своих возможностей и стремится воспол­нить недостающее. Это и является стимулом к познанию. Но позна­ние у экзистенциалистов возможно только через чувство и только через самопознание. В такой ситуации нет и не может быть объек­тивной истины, истин столько, сколько людей. Это заставляет от­вергнуть современное научное рациональное познание и заменить его экзистенциальным. Экзистенциализм оказался созвучным XX в. — веку страха перед ядерной катастрофой, глобальными проблемами, разочарования в избранном человечеством пути развития, приведшем его на грань гибели, веку рационализма и осознания человеком истин, часто не­приятных, своего существования, веку тоски по иной, лучшей гар­моничной жизни и стремления к ней. Персонализм. Это философское направление признает личность первичной реальностью и высшей духовной ценностью. Существуют две ветви персонализма — религиозная и атеистическая. Поскольку религиозные персоналисты рассматривают как верховную личность Бога, то весь мир понимается ими как проявление Его творческой активности. Цель человека — единство с высшей личностью — Бо­гом. В связи с этим человек имеет три направления развития — экстериоризацию — развитие во вне, интериоризацию — саморазвитие и трансценденцию — высшее направление развития, в котором оба предыдущих сосредоточиваются на достижении высшей цели — ис­тины, добра и красоты в единении с Богом. Персонализм имел широкое развитие в начале XX в. в России. В этом направлении заметно противопоставление личности как первичного всем остальным жизнепроявления. Именно личность со­здает социум; история трактуется как процесс, основанный на раз­витии личностного начала в человеке. Христианская философия XX века Неотомизм. Это официальная философская доктрина католической церкви, разработанная еще Фомой Аквинским, но, естественно даже для религиозной ортодоксии, модернизированная за многовековую историю. XX в. внес в эту модернизацию существенный вклад. Основные категории неотомизма, впрочем, не изменились: это Бог, чистое бытие, духовное первоначало. Однако эта основа находит современное прикладное применение: религиозное постижение ес­тественно-научных теорий, обоснование существования высшего су­щества с помощью космологических аргументов, пересмотр тради­ционной иерархии католических ценностей с позиций приоритета проблемы человека и др. Неотомисты считают равноправными понятия культуры и цивилизации (в отличие от Данилевского и Шпенглера), понимая их как равной степени материальные и духовные явления. Протестантизм. Это направление, так же как и неотомизм, имеет многовековую традицию. Современные протестантские направле­ния не только противопоставляют ортодоксии католицизма различ­ные экзотические формы религиозного мышления, но пересматри­вают основополагающие религиозные истины Сверхъестественного, Бога, самой религии. Суть этого противопоставления и пересмотра в отражении ми­роощущения современного человека, его ценностей и практических установок. В рамках такой направленности вера субъективируется, отношения человека с Богом носят глубоко индивидуализирован­ный характер. Современный протестантизм — это множество новых теологи­ческих концепций, таких как: • диалектическая теология К. Барта; • демифологизация Нового завета Р. Бультмана; • универсальная теология П. Тиллиха; • эсхатологическая теология Р. Нибура; • теология мертвого Бога Д. Бонхеффера; • теология надежды Ю. Мольтмана; • теология революции М. Шретера, Х.-Д. Вендланда и Р. Шолля; • теология современного экуменизма и др. Критический рационализм. Представители этого направления (К. Поппер, И. Лакатос, П. Фейерабенд) разрабатывают проблемы научного знания. Основным методом философии они считают «ра­циональную критику». В противоположность как скептицизму, так и догматизму выдвигается принцип фаллибилизма — признания прин­ципиальной гипотетичности любого научного знания. Процесс на­учного познания рассматривается как непрерывный критический диалог между различными научными теориями. При этом критичес­кие рационалисты признают возможность познания реального мира. Как мы помним, аналитическая философия выдвигает принцип верификации — установления истинности научного знания на основе опыта. В отличие от этого направления, критические рационалисты предложили метод фальсификации, который призван отделить науч­ное знание от ненаучного. В соответствии с этим методом любое научное утверждение может быть опровергнуто, а научно лишь то, что опровержимо. На этой основе и осуществляются рациональная критика науки и ее демаркация. Структурализм. Это направление ставит задачей выявление устойчивых структур в составе целого и тем самым выделение общего в многообразном. На появлении этого философского направления сказалось широкое применение методов формализации и математи­ческого моделирования в конкретных науках. Поэтому, осуществляя поиск устойчивых и пересекающихся структур в самых разнообраз­ных сферах культуры — языке, социальных установлениях, истории, искусстве, мифологии и т.д., структуралисты используют специаль­ные структурные методы. Выявление структур — закономерный и универсальный процесс в любой сфере, но в структурализме — это основной метод философствования. Здесь заметно тяготение к поискам универсального метода преобразований структур, которое легко перерастает в поиск метафизических сущностей. Более того, универсальная структура, поставленная над любыми научными направлениями, сама становит­ся такой сущностью. Структурализм — одно из немногих философ­ских направлений современности, не ставящее в центр исследова­ния человека, делающее его одним из предметов исследования, а также недооценивающее фактор истории, ибо универсальная струк­тура стоит над ней. Это в целом ведет к дегуманизации знания. Тем не менее он принес значительную пользу науке, прежде всего раскрытием глубинных структур культуры, а также упорядочением исторических форм развития человеческого сознания, в частности мифологического. Постмодернизм. Приверженцы этого направления принципиально отказываются от универсальной философской теории. Философия в их представлении решает бинарную задачу со взаимоисключающими целями: накопления и упразднения знания. В их философии проти­вопоставляются высшие ценности, устанавливаемые Разумом — ис­тина, благо, добро, божественное — и ценности жизни. Все высшие ценности отрицаются. У человека нет ничего, чему бы ему стоило поклоняться, ибо ничто высшее не существует в действительности, это плод лингвистических упражнений. В этом мнении постмодернисты пересекаются с аналитической философией, в частности, с лингвистическим позитивизмом, исходя из посылки, что связь слова естественного языка и значения произ­вольна. Однако постмодернисты не стремятся каким-либо путем ус­тановить истинный смысл, ибо считают, что все смыслы уже обо­значены, а истина не открывается, а создается. Произвольно создан­ные «высшие истины» призваны были отвлечь человека от ценнос­тей жизни во имя надуманных идеалов. Философия постмодернистов — это философия отрицания. Они не видят достойной созидательной задачи. Созидать можно лишь новые произвольные смыслы, которые еще не «помыслены», задача же философии — интерпретации смыслов. Эта игра в слова — един­ственное, что остается человеку, лишенному идеалов и смысла жизни. Постмодернизм вступает в противоречие с жизнью как позитив­ным актом. Конечно, отрицать и критиковать, не предлагая ничего взамен, гораздо легче, чем созидать. Но постмодернизм отрицает сам принцип созидания конструктивных ценностей, чем низводит человека до уровня травинки, отличающейся от других лишь тем, что она отдает себе отчет в своей судьбе, но не только не может, но и не хочет ничего изменять. * * * В заключение еще раз подчеркнем, что деление философии по направлениям — это во многом условная акция. Ее можно сравнить с научным абстрагированием — временным отвлечением от целостности в аналитических целях. Философские направления — это то же абстрагирование для изучения целостной философии. Они пере­пекаются, входят составными частями в другие, развиваются, меня­ются — словом, живут. В то же время такое выделение отражает реалии современной философии. Так, философия XX в. выдвинула необозримое множе­ство частных направлений философствования, размышления над от­дельными, хотя и очень важными, философскими вопросами, но не породила целостных, всеобъемлющих философских систем, что было типично для философствования прошедших веков. Видимо, именно в XX в. настала пора критического осмысления мирового философского наследия, пришло время анализа и оценки. Но это не все и даже не главное. Главное же в том, что жизнь человечества не стоит на месте, и философия должна адекватно отражать и предвосхищать ее дина­мику. Сегодня жизнь принципиально плюралистична, но не факт, что это и есть стратегическая линия развития человечества на дол­гую перспективу. Ведь во многих сферах жизни наблюдаются одно­значные тенденции к интеграции. Сегодня мир разделен по многим основаниям — национальному, государственному, экономическому и др. Еще силен пафос противостояния и борьбы. Но такая ли уж уто­пия — единое мировое сообщество? По крайней мере, представля­ется, что сегодня это более перспективный путь, нежели жизнь по закону джунглей. Сегодня развитие по пути интеграции и толерант­ности можно назвать дорогой к спасению человечества. Этот ли разумный путь доведется отразить философии нового столетия? Или — какие-то новые возможности, найденные челове­чеством для своего выживания и процветания? Будем надеяться на это и будем работать для того, чтобы наши надежды осуществились. Ведь все мы уже — люди XXI в. 1 ... 19 20 21 22 23 24 25 26 ... 31



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная